Плакун-Трава всем травам Мати

Легенда о Плакун-траве

Молча, слёзы проливает
Он на луг и в дождь и в зной,
и за плачи называем
мы его Плакун-травой.

ДЕРБЕННИК (Плакун-трава) (Lythrum sallcarla) – от греческого «lytron» – пролитая, свернувшаяся, кровь. Русское название – Дербенник иволистный (вербовник, водяной скрыпий, дикие васильки, дубник, кровавница, махорка, подбережник, плакун-трава).
Род состоит из 30 видов. Обычно это многолетние травянистые растения с прямым стеблем высотой до полутора метров и толстым деревянистым корнем. Нижние листья супротивные или мутовчатые, верхние очередные.
Дербенники имеют в покровных тканях специальные органы, с помощью которых они избавляются от излишней влаги. Чем влажнее воздух, тем больше капель стекает с листьев этих растений. Зацветают дербенники в июле и цветут до конца лета многочисленными мелкими малиновыми цветками, собранными на верхушках стеблей и боковых ветвей в длинные кистевидные мутовчатые соцветия.
Для того чтобы растение комфортно себя чувствовало в искусственных условиях, его следует посадить в плодородную почву на затененном участке и регулярно поливать. При благоприятных условиях дербенники быстро разрастаются, образуя неплотные группы растений. Они устойчивы к холодам и несколько лет могут обходиться без пересадки. Размножаются семенами и делением куста. Мощные корни дербенников содержат дубильные вещества. Известно, что древние славяне с помощью этих растений дубили рыболовные сети для того, чтобы снасти становились прочнее и не гнили. В традиционной медицине дербенник применяют для лечения болезней желудочно-кишечного тракта, эпилепсии и сердечнососудистых заболеваний. В Древней Руси порошком, полученным из сухого размолотого дербенника, посыпали незаживающие раны. Вещества, содержащиеся в цветках некоторых видов дербенника, используют в качестве пищевого красителя.Уже более двух столетий дербенники выращиваются как декоративные растения. Их используют для оформления заднего плана цветников, расположенных по берегам водоемов, и миксбордеров. Выращивают на срезку. Дербенник имеет несколько садовых форм, различающихся по высоте.
Название дербенник произошло от древнерусского «дерба» – сырое, болотистое место. Народ дал этому растению много выразительных имен.
Вербовник, вербова трава назвали потому, что его листья похожи на листья вербы; кровавница – за то, что он останавливает кровь в ранах и порезах. Многие знакомы с дербеннником, но не все знают, что исстари звали его в народе плакун-травой, Божьей травой – из-за особенности этого красивого растения: его корни всасывают много влаги, а листья, благодаря своему строению, выделяют ее излишки в виде капель, действительно похожих на слезы. Божьей травой его называли еще в языческие времена, считая, что это богиня Лада плачет, видя, как страдает славянский народ. А по христианской мифологии плакун-трава выросла из слез Богородицы, оплакивающей распятого Иисуса. Примечательно, что возникнув в преданиях и сказках, название «плакун трава» используется и ботаниками.
А по другой легенде, дербенник вырос из брошенных казачьих факелов. Уплывая далеко в море, волжские и донские казаки часто возвращались к берегу ночью. При ясном безоблачном небе они ориентировались по звездам, но когда звезд не было видно, они зажигали факелы, чтобы привлечь внимание дежурного маяка. Выйдя на берег, казаки бросали их на землю, а факелы прорастали пурпурными цветами.
В древнеславянских легендах многим травам приписывали чудесные свойства. До наших дней дошли рассказы о девяти волшебных травах, с помощью которых можно совершать чудеса. «Мать всем травам» плакун-трава, папоротник, разрыв-трава (бальзамин обыкновенный), тирлич (горечавка), одолень-трава (кувшинка), Адамова голова (мандрагора), орлихин (?), прикрыш трава (борец) и нечуй-ветер (бессмертник).
Издавна болота считались местами опасными, заколдованными, в которых прячется нечистая сила. Наши предки верили, что защитить от нее способна растущая там плакун-трава. Это растение может плакать, лечить и защищать, воистину волшебная трава. При взгляде на нее даже у бесов, чертей, леших, кикимор наворачиваются слезы. Она смиряет сатанинские силы, делает их послушными воле человека, уничтожает чары колдунов и ведьм, спасает от дьявольского искушения и болезней. Она по народным верованиям дает власть повелевать духами, овладевать кладами. По белорусскому поверью плакун-траву необходимо было привязать к ноге немого петуха, и он обязательно запоет в месте, где зарыт клад.
Кроме того, она усиливает целебные свойства всех трав, если они собраны в присутствии плакун-травы или ее корня: «А без той травы никакой травы не рвать, потому что от них помощи не будет». Интересно старинное заклинание: «Плакун! Плакун! Плакал ты долго и много, а выплакал мало, не катись твои слезы по чисту полю, не разносись твой вой по синю морю. Будь ты страшен злым бесам, полубесам, старым ведьмам киевским. А не дадут тебе покорища, утопи их в слезах, а убегут от твоего позорища, замкни в ямы преисподние. Будь же мое слово при тебе крепко и твердо. Век веком!».
По старинным поверьям это растение была мощным оберегом. Когда строили дом, под каждый угол насыпали немного сушеной травы дербенника. Если в доме завелась нечистая сила, то им окуривали помещение. На Руси верили, что если из корня плакун-травы вырезать крест и носить его при себе, он отведет порчу и сглаз и все будут вас бояться как огня. Кроме того, он оберегает человека от различных видов лихорадки, делает его невидимым. Узел из дербенника и крапивы снимает страх, вселяет в человека уверенность в собственных силах.
Народ в своих легендах и поверьях наделил плакун-траву волшебными, магическими свойствами, а это вполне реальное растение, обладающее осязаемыми целебными свойствами.

Когда случилось всё – не знаю,
То не имеет в жизни срок.
Вот вам легенда волховская,
Чтоб извлекали мы урок.

Деревня, Русь, моя родная,
Таких, как ты полным-полней.
Семья, обычная, простая,
Есть мать и двое сыновей.

Всё так привычно: садик, домик,
и поле, пОлнится в страде.
И ладные в конюшне кони,
И парни, бравые в труде.

Да вот беда иль закавыка,
Враги пришли из–за степей.
И воевода стал всех кликать:
«Все на защиту рубежей!»

Был сбор у храма деревушки,
Но брали тех, кто повзрослей.
И как не горестно старушке
Пришлось отдать ей сыновей.

Ей старший молвит: «Мама, Мама,
Верь, басурманов разобьём!
Дождёшься нас, когда туманы
Придут внакидочку с дождём.

Мы урожай собрать успеем,
Зерно засыпать в закрома,
Спокойно жди нас, будь мудрее,
Вернутся воины в дома».

«Помолитесь родные за нас,
Кто-то может, потом не вернётся
Пусть душа воспарит, вознесётся,
В небеса, словно птица, в тот час.

А Господь нам грехи все простит,
Кто погибнет в бою том кровавом,
И укроет своим покрывалом
Мать земля помнит всех, кто убит…»

С тех самых пор верна маршруту,
На край села, поправив прядь.
Мать шла в свободную минуту
Чтоб сыновей своих встречать.

Приставив руку, вдаль смотрела,
Одной так трудно без родных.
И вот уж лето пролетело,
Но нет, ни весточки от них.

И не унять её тревогу,
И на дворе опять гроза.
С молитвой в пыльную дорогу,
Слетает, катится слеза.

Уж год прошёл, не сохнут слёзы,
Устало сердце больше ждать.
Там на пригорке, у берёзы,
в тоске скончалась тихо мать…

Как будто ангелы молились,
И передали свою грусть.
На месте том, где слёзы лились
Взошёл чудесный дивный куст.
Он на заре нектар прозрачный
На землю капает, падёт,
То слёзы матери тех братьев,
ПЛАКУН-ТРАВА вовсю растёт.

Вернулись сыновья на зорьке,
А их никто уже не ждёт…
Как плохо от утраты горькой,
Никто им маму не вернёт!

Стоят, грусть горло душит, сжала,
В глазах их слёзы на ветру.
Как будто мама им сказала:
«Росу сберите поутру!»

Цветок чудесный обласкали,
ПЛАКУН-ТРАВУ душой согрев.
Нектар цветка в сосуд собрали,
Два брата полный на заре.

Окружена волшебной тайной,
Как талисман покой хранит.
Нежна, как мама, чрезвычайна,
Собой от духов защитит.

Наступит утро, снова слёзы,
И снова кругом голова.
На том пригорке у берёзы,
Душа цветёт, ПЛАКУН-ТРАВА!

Льёт аромат души в свободе,
Хворь изгоняет, сплин тоски.
ПЛАКУН-ТРАВУ за то в народе
«Слезою мамы» нарекли.

Плакун-Трава всем травам Мати

Сообщение Fiolina » 15 окт 2016, 23:51

Народные названия: дербенник, богородицкая трава, плакун корень, василек полевой, божья трава. подбережник, твердяк, тройчак, верба-трава, дикие васильки..

Листья у этого растения удлиненной формы и заостряются к кончикам. Листики вырастают пучками по три штучки. Цветы Плакуна меленькие, в основном по 6 лепестков, красивейшего яркого красного или малинового цветов, они вырастают по всему стеблю в виде колоса. Плод цветочка имеет завязь напоминающую коробочку, где и помещаются семена. Зацветает Плакун в середине июля, а плоды начинают, появляются уже в августе месяце.

В языческих мифах говорится, что так плакала сама богиня Лада, видя, как страдает славянский народ. Не обошла стороной это растение и Библия. Считается, что именно из пролитых на землю Богородицей слез и выросла плакун-трава.

Магические свойства Плакун-травы

Богородицкая трава является купальской травой.
В старинных травниках об этой траве говорилось, что в ней живет магическая сила, благодаря которой она может спасти человека от всех злых духов. В её силах прогнать и кикимор и злых домовых, а еще она может открыть путь к кладу, даже если его стерегут злые духи. В старину считали, что плакун-трава может заставить всю нечисть плакать и чтобы эту нечисть изгнать, достаточно вырезать крест из корня плакун-травы, пойти с ним в храм и потом, носить всегда с собой.

Магической силой обладают только корень и цветы плакун-травы.

Плакун-траву же имел при себе каждый кладоискатель: она сулила удачу в этом, не всегда приносящем результате, деле. С корнем плакун-травы ходили и по другие травы, она увеличивала их целебные свойства. Кроме того, из растения готовили снадобье и давали питье горбунам для замедления роста горба, а также людям маленького роста, чтобы росли выше. Знахари кормили этой травой скотину, «которая вертится», и рекомендовали брать с собой при походе в болотистую местность: «нечистого отгонит и в трясину затянуть не даст».

Травой пользовались при бессоннице, кладя ее под подушку.

Эта трава носит сейчас названия плакуна иволистного, дербенника и плачет по-настоящему, в чем можно убедиться, понаблюдав за растением на заре. При повышенной влажности воздуха на листьях выделяется влага, которая в виде капель стекает с заостренных листьев. По легенде, сама трава родилась из слез Богородицы, оплакивающей своего сына Иисуса. Согласно народной примете, плачущий днем дербенник предвещает дождь.

Собирая траву читают заговор:

“Плакун, плакун, ты долго плакал,
Твой сок волшебный, свежий капал,
Твой дух защитный ведьм пугал,
Ты бесов из дому гонял.
Ты плакать нечисть заставляешь,
Ты злую силу подавляешь.
В слезах всех злыдней утопи,
Целебной влагой окропи Меня, рабу(а) Божию (имя).
Не допусти, чтоб нечисть на меня села.
Не пропусти злую силу ни в дом, ни в душу,
ни в тело.
Во веки веков.”

Из русской духовной “Голубиной книги” где плакун-трава названа матерью всех трав:
“Мать Божья плакала
Богородица,
А Плакун-травой утиралася,
Потому Плакун-трава всем травам мати. “.

Есть другой вариант:
“Мать Пречистая Богородица
По своем по сыне по возлюбленнем,
По своем по сыне слезно плакала,
А роняла слезы на землю пречистыя,
А от тех от слез от пречистыих
Зарождалася плакун-трава травам мати”
(Федотов 1991: 128).

Она упоминается в заговорах как чародейское средство для достижения богатства и обретения власти над духами – заставляет плакать нечистую силу: “Есть трава именем Плакун, растёт возле рек и озёр, высока в коноплю, цвет багров. Цветы его точно факел, а по утрам плачет светлыми слезами”. Кроме того из одревесневших корневищ этого растения делали нательные кресты которые от ножа и пули защищали.

Название “плакун” дербенник получил еще из-за того, что его издавна использовали для усыпления плачущих беспокойных детей. Траву растения клали под простыню в постель ребенка, и он быстро засыпал”. А вот латинское название рода дербенник – Lythrum происходит из греческого языка и означает “пролитая свернувшаяся кровь”; что бесспорно указывает на кровоостанавливающие свойства этого растения.

Сбор и заготовка Плакун-травы

Собирать сырье Плакун-травы благоприятнее всего во время его зацветания (вторая половина июля) на праздник Ивана Купалы, сразу на утренней зорьке. Срезается верхняя часть растения и подсушивается в затемненном помещении (возможно на чердаках).

Растение нужно разложить тоненьким слоем или подвешивается под потолок не очень большими веничками. После высыхания сырье разминают в труху и сохраняют в бумажных пакетах. Корни этих растений можно выкапывать из земли к концу сентября или началу октября.

Другие травы усиливают свои магические и целебные свойства, если они были собраны в присутствии дербенника. При сборе целебных трав знающие обязательно берут с собой плакун-траву. При сушке трав обязательно кладут дербенник со всеми травами, он отгоняет от остальных трав злых духов и придает им особую энергетику.

Целебные свойства Плакун-травы

Применение плакун-трава нашла свое при эпилепсии, нервных заболеваниях, депрессии, шизофрении. Лечит дербенник иволистный последствия венозной недостаточности, облучения, арахноидит (кистозный – тоже). Обладает растение потогонным, вяжущим, болеутоляющим, противосудорожным, ранозаживляющим, кровоостанавливающим, тонизирующим, общеукрепляющим действиями.

Настой травы, цветков дербенника наружно применяют при экземе, других заболеваниях. Отвар дербенника используют в качестве мочегонного средства, пьют при маточных кровотечениях.

Читайте также:  Ботаника как наука. История общей ботаники

Применяют плакун-траву при ревматизме, головных болях, простудных заболеваниях, кашле, поносе (дизентерии), геморрое. Эффективен дербенник иволистный при женском бесплодии.

Настоем травы промывают гнойные раны, делают с настоем примочки при экземе, варикозных язвах, панариции. При любых грыжах принимают настой внутрь (уменьшает рост грыж).

Гипертоникам, сердечникам в травяные чаи добавляют сухую траву и цветки. Такие напитки полезны особенно страдающим бессонницей, вегето-сосудистой дистонией людям, они хорошо успокаивают.

Плакун иволистный довольно широко употребляется в народной медицине. Растение обладает вяжущим, потогонным, противосудорожным, болеутоляющим, кровоостанавливающим, ранозаживляющим действием и общеукрепляющим, тонизирующим свойствами.
Настой или отвар травы применяют при дизентерии, поносах, хроническом катаре кишечника, как болеутоляющее при болях в желудке и как кровоостанавливающее средство при различных кровотечениях. Настой травы также принимают внутрь при простудных заболеваниях, заболеваниях, сопровождающихся лихорадочным состоянием, и при общей слабости организма.

В Азербайджане отвар травы с цветками используют также при нервных болезнях. Наружно отвар травы употребляют для купания маленьких детей при судорогах и обмывании для остановки наружных кровотечений. Измельченные листья прикладывают к порезам и ранам для остановки кровотечений для иx быстрого заживления.

Как и каждое лечебное средство, дербенник имеет свои противопоказания. Его нельзя применять больным с повышенной свертываемостью крови, оно противопоказано при атеросклерозе и склонности к тромбообразованию. Ни настойки, ни отвары, ни свежая трава не рекомендуются пожилым людям.
С большой осторожностью и только после консультации с врачом можно использовать гипертоникам, поскольку трава приводит к сужению сосудов. Как следствие, давление может еще больше подняться.
Прием отваров и настоек трав должно проводиться при наблюдении у врача.

Плакун-Трава всем травам Мати

“В стародавнюю, дохристианскую пору, когда Мать-Сыра-Земля представлялась мысленному взору народной Руси божественной супругою Неба-Сварога, одевавшие ее травы казались пышнокудрыми волосами великой праматери богов”[22].

Лечение травами, с незапамятных времен входившее во врачебный обиход народа, возвращается и сегодня. Священные растения используют при совершении обрядов: купальницей устилают баню в Иванову ночь, крапиву вывешивают на окно от нечистой силы, из березы, барвинка плетут венки.

В песнях трава имеет особые поэтические названия: “травушка-муравушка”, “мурава духовитая”, “травка шелковая”, упоминали и злую, и горькую: “Полынька, полынька, травонька горькая, сама ты, злодейка, уродилася, заняла злодейка в саду местечко -место доброе, хлебородное”. Существуют песни про “лютые коренья”, про “лихия травы”: “Я раз рою сыру землю в темном лесе глубоко, накопаю злакоренья и на реченьку пойду”.

Н. Рерих. Добрые травы (Василиса Премудрая)

Существует сказание, как жил-был на свете первый знахарь: “С малолетства прислушивался он к шелесту травы и говору листьев, был он наделен способностью слышать даже шепот Матери-Земли, которая по народному слову, “ради нас своих детей, зелий всяких породила и злак всякой напоила. Общение с нею сделало для него явными все ее тайны, и стал он всеведующим” [23]. Давайте и мы поведаем:

ПАПОРОТНИК (жар-цвет, перунов цвет): цветок папоротника наделялся чудодейственными магическими свойствами, а зацветает он раз в году, в купальскую ночь. “Обладая им, человек не боится ни бури, ни грома, ни воды, ни огня, делается недоступным влиянию злого чародейства и может повелевать нечистыми духами. Завидя пламенный цветок, в ужасе разбегаются от него по своим трущобам и болотам”, “Цветок этот отмыкает все замки и двери, только приложи его – и железные запоры, цепи и связи вмиг распадаются. Открывает погреба, кладовые, казнохранилища и обнаруживает подземные клады”. Жар-цвет посвящают древнеязыческому Светлояру, окружают место его цветения лешими, ведьмами. Кому выпадет счастье сорвать да унести, золото само в карманы посыпется, полезет в хату всякая удача. Да редко кто его может вынести из трущобы, говорят: “нечисть закружит, заводит”, необходимо суметь не оглядываться, не откликаться на знакомые голоса. Заполучить цветок папоротника можно было и случайно. Одна былина рассказывает, как человек отправился в ночь на Ивана Купалу в лес разыскивать пропавших быков, и в полночь ему в лапоть упал цветок папоротника. В этот момент человек сразу же узнал, где он находится, стал понимать язык птиц и животных, увидел в земле таящиеся сокровища. Однако по дороге домой цветок стал жечь ему ногу, и человек, вытряхнув лапоть, потерял цветок, а с ним и все свои чудесные знания.

КОЧЕДЫЖНИК: то же, что и папоротник, цветущий только под Иванову ночь. Не знающему особых слов человеку не увидеть его цвета.

ПЛАКУН-ТРАВА: “плакун-трава всем травам мати”. Есть легенда, когда Богородица плакала по сыну, от тех слез от пречистых зарождалась плакун-трава. Народ русский советует собирать ее на зорьке под Иванов день. По словам опытных травоведов, главная ее сила в цветах и корне. По старинному поверью эта трава заставляет плакать бесов. Некоторые относят имя Плакун к Иван-чаю, другие – к зверобою, третьи – к диким василькам. В народе плакун-траву еще называют ревень-кой. Корень ревеньки помогает хорошо плавать, смиряет и подчиняет нечистых духов, открывает клады. Плакун – трава лечит чахотку, желтуху, глазные болезни. Корень травы мог служить материалом для амулетов, в том числе крестов-тельников.

ПРИКРЫШ-ТРАВА: полезна против наговоров на свадьбы. Когда невесту приведут от венца в женихов дом, знахарь забегает вперед и кладет траву под порог. Собирают прикрыш в осеннее время – с Успенья до Покрова.

СОН-ТРАВА: она обладает силою предсказывать спящим как доброе, так и злое. Девушки кладут на Святки эту траву под изголовье. Цветет сон-трава в мае желтыми да голубыми цветочками, собирать ее положено с причетами -наговорами. Считается, что сон-трава – это корень мандрагоры.

ПЕРЕЛЕТ-ТРАВА: цветок травы переносится с места на место, легкий и сияет как звездочка. Мифологическое свойство – исполняет все желания.

РАЗРЫВ-ТРАВА (прыгун, скакун): листья имеют форму крестиков, цвет подобен огню. Распускается в ночь на Ивана Купала, цветет пять минут. Способен ломать все металлические связи, может погубить человека. Если косить траву и коса сломается, значит, она наткнулась на разрыв-траву.

ЧЕРТОПОЛОХ (колюка): унимает чертей, обладает свойствами шапки-невидимки, ружье, окуренное колюкой, бьет без промаха. Колюка в великом почете у стрелков-охотников. Собирать советуют ее в Петровки, по вечерней росе.

ОДОЛЕНЬ-ТРАВА (белая и желтая кувшинка): водяной прострел-отвар из одолень-травы любовный напиток. Носишь при себе одолень-траву – достигнешь власти и уважения. Ее брал в дорогу путник, чтобы одолеть горы, леса, чародея, врага, отгоняет всякое зло.

Причет: “Одолень-трава! Не я тебя поливал, не я тебя породил, породила тебя мать Сыра-Земля, поливали тебя девки простоволосыя, бабы-самокрутки. Одолень-трава! Одолей ты злых людей: лихо бы на нас не думали, скверного не мыслили. Отгони ты чародея, ябедника. Одолень-трава! Одолей мне горы высо-кия, долы низкие, озеры синия, берега крутые, леса темные, пеньки и колоды. Иду я с тобою, одолень-трава, к окиян-морю, к реке Иордану, а в окиян-море, в реке Иордане лежит бел-горюч камень алатырь. Как он крепко лежит предо мною, так бы у злых людей язык не поворотился, руки не подымались, а лежать бы им крепко, как лежит бел-горюч камень алатырь! Спрячу я тебя, одолень-трава, у ретивого сердца, во всем путе и во всей дороженьке!” [24].

ПРОСТРЕЛ-ТРАВА: залечивает раны, нанесенные острым оружием. При постройке дома ее кладут в основании, чтобы обезопаситься от грозы и пожара. Ею пользовались деревенские лечейки – от порчи.

ТРАВА-ТРЯСУНКА: стелется по земле, очень нежная, имеет белый цветок. У тех, кто имеет эту траву, обязательно исполняются желания.

ИВАН-ДА-МАРЬЯ: растет при больших и старых реках. На ней два цветка: синий, красный. Заживляет застарелые раны.

ОСОТ ПОЛЕВОЙ: растет по сухим лугам, в березниках, полезен для торгового человека. Хочешь быть богатым – носи при себе эту траву .

АДАМОВА ГОЛОВА: собирают в Иванов день, хранят скрытно до Великого четверга. Охотники окуривают ею снаряды в Великий четверг. Тот, кто имеет ее корень, везде бывает главою, душою общества и умеет распоряжаться.

ТРАВА НЕ ЧУЙ-ВЕТЕР: растет по берегам зимою. День собирания травы – под Васильев вечер. Тот, кто обладает этой травою, будет ловить рыбу без невода и сможет управлять ветром.

ДЕВЯСИЛ: заключает в себе девять сил.

ЧЕРНОБЫЛЬНИК: лист похож на крапиву, растет вместе с крапивой. Под корнем можно найти уголь. Если тот уголь носить при себе, то хозяина ожидает постоянная удача. Собирают в первых числах сентября или в конце августа.

БУЗИНА: демонический цветок, воплощение и вместилище черта. К бузине относятся как к проклятому, нечистому и опасному растению. Ее нельзя использовать в бытовых целях. В народной медицине при лечении чахотки, лихорадки, зубной боли символически переносили болезнь под куст или выливали воду, в которой купали больного. У славян широко применялась при укусах змей и ос. Ветки бузины использовались в качестве оберега на Юрьев день и Иванову ночь от ведьм; Применялись в обрядах вызывания дождя.

КУКУШКИНЫ СЛЕЗЫ (ятрышник): приписывают свойство делать бег лошади быстрым и неутомимым.

КРАПИВА: жгучую траву боится нечисть. На Иванову ночь посреди деревни кладут огромную кучу крапивы, чтобы ведьмы не зашли в деревню, а утром через нее прогоняли скотину. Крапиву вешали на ворота, на наличники, на крыльцо, не пуская тем самым злых духов домой.

ЧИСТОТЕЛ, ТРАВА-ЦАРСКИЕ ОЧИ: кто носит ее при себе, всегда будет жить со всеми в мире и будет правым на суде. Растет у боров, тонка и желта, точно золото.

ТРАВА-СОВА: страшная. Ростом невелика. Вся облеплена мошкой, а в корне черви. Набредет на нее человек и заблудится, а то и с ума сойдет. Помогает найти вора.

ТРАВА-ХМЕЯ: растет у воды, на островах, цветом румяна, корень очень толстый. Этот корень спасает от голода – целый месяц можно не есть. Охраняет от оружия.

БЕЛЕНА: может вызвать дождь после долгой засухи. От беленого масла, натираясь им, ведьмы летают.

РОМАШКА: цветы ромашки от многих внутренних болезней целебны. Они красоту волосам и лицу придают. Что цветок сулит, то и сбывается в приговоре: “Любит, не любит, плюнет, поцелует, к сердцу прижмет, к черту пошлет, своей назовет”.

Любые прикосновения пальцев дают пищу мозгу, информацию об окружающем мире. Общаясь посредством прикосновений с растениями, употребляя их, как лекарственные травы, мы обмениваемся с ними биоэнергией с огромной пользой для себя.

Солнечная энергия стекает с поверхности листа и не заканчивается, она протекает дальше – прямо в руки и сердце человека.

Человек, как и дерево, накопитель информации. В листьях происходят процессы перехода энергии в информацию, а дальше в состояние простой, тайной, генетической природной силы. У растений, как и у человека, зимой протекают процессы осмысления, духовной работы, поиск равновесия и гармонии. С весенними травами к нам приходят силы для роста, а летом информация. Мир природы соткан из тончайших вибраций живой материи. Все элементы природы так сильно излучают, что одно прикосновение с ними способно возвратить покой и радость, а телу крепость и жизненную способность.

Растения дают нам запахи, краски, формы через все стихии мироздания, через солнце, воздух, воду, землю.

“Цветы в доме вянут от раздора или к обнове”.

“Хорошо растут ў к добру”.

“Перед дождем цветы сильнее пахнут”.

“Видеть во сне, что рвёшь цветы, означает великое счастье”.

“Цветы видеть, держать- к утешению, удовольствию”.

“Белые цветы – символ невинности, чистосердечия”.

“Жёлтые знаменуют трудности и препятствия”.

“Красные цветы во сне означают болезнь”.

“Отвяжись, худая трава”.

“Нет таких трав, чтобы узнать чужой нрав”.

“Пока травка подрастает, много воды утечёт”.

Плакун трава — что это за растение

В некоторых народных поверьях встречается такое необычное растение, как ревенька или дербенник иволистый. Это название растения плакун трава, которая, по рассказам, обладает удивительной не только лечебной, но и магической силой.

Если знать основные свойства этого исконно русского растения, можно во многом изменить свою жизнь к лучшему. Растет трава на влажных, заболоченных местах, вдалеке от яркого солнца. Чтобы понять, что это за растение, разберем его свойства.

Магические свойства растения

Магические свойства растения всегда знали знахари и умели применять в обыденной жизни. Если верить православным верованиям, то трава начала произрастать из слез Богородицы.

Особым влиянием трава обладает на нечистую силу. Согласно одним поверьям, плакун трава отгоняет бесов. По другим, бесы и прочая нечисть не могут зайти в дом с плакун травой без слез. Еще одно поверье гласит о том, что в дохристианской Руси при помощи плакун травы колдуны подчиняли себе бесов.

В магии плакун трава также считается сильным оберегом для воинов, особенно если повесить ее на шею в форме креста и никому не показывать. А при помощи засушенной ветки растения многие успешно находили самые далеко запрятанные клады.

Считалось, что если взять с собой на сбор остальных растений корень плакун травы, можно увеличить колдовскую и лечебную силу иных собранных растений в несколько раз.

Лечебные способности плакун травы

Знахари знают о лечебных свойствах растения и чаще всего используют ее корни, а также листву. Даже греческое значение растения указывает прямо на его способность останавливать кровотечения, что роднит плакун траву с лопухом. Правда, в отличие от последнего трава еще и обеззараживает рану в разы сильнее.

Читайте также:  Растения хищники. Насекомоядные растения

Список заболеваний, при которых помогает эта удивительная трава:

  • лихорадка любой сложности;
  • нервные и хронические заболевания;
  • бессонница, нарушение естественного цикла;
  • терпкий отвар растения избавит от дизентерии в короткие сроки

Если в организме наблюдаются головные боли или общие болевые ощущения, рекомендуется принять отвар растения. Если необходимо ускорить процесс заживления раны, то необходимо приложить к ней измельченную кашицу растения.

Считается, что плакун трава ускоряет регенерацию ткани организма. Для улучшения работы системы органов ЖКТ можно применять настой травы перед приемом пищи 2-3 раза в день. При этом отмечается уменьшение вздутия живота, выход лишней воды из организма, что приводит в тонус все тело.

Некоторые считают, что если съесть листву растения, можно исцелить себя от тысячи болезней. Однако, споры о том, съедобная сырая трава или нет, порой ведутся среди знахарей до сих пор.

Несмотря на такой внушительный список сфер применения, у травы есть свои противопоказания. С осторожностью траву стоит применять для лечения пожилых людей.

Если рекомендации проигнорировать, то увеличится риск образования тромбов. Несмотря на противопоказания, лечебные свойства растения применяются как в России, так и за рубежом. Правда, в ряде стран купить траву даже в аптеках бывает не так просто.

Советы по сбору и хранению растения

Наиболее благоприятным временем для сбора дербенника считается период цветения, в средней полосе России это, ориентировочно, июль-начало августа.

Обычно знахари срезают верхнюю часть растения, оставляя корни в земле. По негласному правилу при сборе растения всегда нужно оставлять его часть природе. Это нужно для того, чтобы она могла восполнить запасы и восстановить экосистему.

После сбора верхушек их можно либо разложить достаточно тонким слоем в тени, либо подвесить небольшими пучками к основанию потолка. В таком случае плакун трава еще и послужит оберегом для дома. После того, как исходное сырье засохнет, его необходимо разложить в бумажные пакеты.

Современное применение растения в бытовых условиях

Если древние знахари делали упор на магические силы растения, то современный человек нашел плакун траве свое применение:

  • при помощи сока из собранной травы можно значительно укрепить сети для рыбной ловли, а также прочие материалы такого рода;
  • при помощи корней растения можно окрасить кожаные вещи в натуральный дубильный тон;
  • цветы растения популярны как в современной медицине, так и в кулинарии. В частности, их используют кондитеры для украшения выпечки

Плакун трава всегда пользовалась большим почетом у знахарей как старого, так и нового времени за свои удивительные качества, которые она не утратила и по сей день.

Плакун-трава

  • Статья в Википедии
  • Медиафайлы на Викискладе

Плаку́н-трава́ или Дербе́нник иволи́стный (лат. Lýthrum salicária ) — влаголюбивое травянистое растение, один из видов дербенника, типового рода, давшего название всему семейству дербе́нниковых. Плакун-трава получила своё имя за особенный способ избавления от лишней влаги, которая в виде капель стекает по листьям и выглядит, как слёзы. Наряду с разрыв-травой и сон-травой, дербенник вошёл во множество народных и языческих легенд. [комм. 1] Согласно христианской легенде плакун-трава выросла из слёз Богородицы, пролитых во время крёстных мучений Иисуса. Дербенник иволистный — не только плакун-трава. Кустистое растение с красивыми цветами и густой листвой, он известен как неприхотливый садовый и парковый многолетник. Выведено несколько сортов с разной окраской цветов (которые, кроме всего прочего, съедобны).

Иногда плакун-травой называют также комнатное растение бальзамин — за свои прозрачные желёзки, напоминающие капельки воды или слёз.

Содержание

Плакун-трава в прозе [ править ]

Есть целая малорусская песня, основанная на веровании в тайное сочувствие природы физической душе человека: плакала старуха Грициха, а молодая сестра сон-траву рвала, старуху пытала: что сон трава ― казацкая сила или казацкая могила? «Сон-трава, голубушка, выростала в поле, брала ту траву недоля, давала моей дочке! Ох, дочка моя, дочка! Пришло нам горевать, нашего молодого Ивана в могиле искать». Эта могильная сон-трава, открывающая человеку во сне тайны, принадлежит к роду Анемона (Anemone patens, pulsatilla). Это растение в преданиях наших встречается с плакун-травой: как, по греческой мифологии, анемоны выросли от слёз Киприды, плакавшей над трупом Адониса, так у нас от слёз вырастала плакун-трава, от чего получила и самое название. Плакун как произведение чистой скорбящей души имеет силу прогонять злых духов. Как у нас, так и у немцев слезам высшего существа приписывается сила производить растения: orchis mascula по-немецки называется Frauentran, Marienthrane, которое вполне соответствует не только нашей плакун-траве, но и древнему Helenium, e lacrimis Helenae natum, а также и золотым слезам Фреи; точно так как растение ― волос Фреи ― Freyjuhar находим в Capillus Veneris и в сербском «вилина коса» ― cuscuta europaea. [1]

— Фёдор Буслаев, «Об эпических выражениях украинской поэзии», 1850

— Батюшка, князь Афанасий Иванович, как тебе сказать? Всякие есть травы. Есть колюка-трава, сбирается в Петров пост. Обкуришь ею стрелу — промаху не дашь. Есть тирлич-трава, на Лысой горе, под Киевом растёт. Кто её носит на себе, на того ввек царского гнева не будет. Есть ещё плакун-трава, вырежешь из корня крест да повесишь на шею, все тебя будут как огня бояться!
Вяземский горько усмехнулся.
— Меня уж и так боятся, — сказал он, — не надо мне плакуна твоего. Называй другие травы. [2]

— Алексей Толстой, «Князь Серебряный», 1862

— «У нас Индра-зверь, — продолжал Перстень, — над зверями зверь, и он ходит, зверь, по подземелью, яко солнышко по поднебесью; он копает рогом сыру мать-землю, выкопает ключи все глубокие; он пущает реки, ручьявиночки, прочищает ручьи и проточины, даёт людям питанийца, питанийца, обмыванийца. Алатырь-камень всем камням отец; на белом Алатыре на камени сам Исус Христос опочив держал, царь небесный беседовал со двунадесяти со апостолам, утверждал веру христианскую; утвердил он веру на камени, распущал он книги по всей земле. Кипарис-древо всем древам мати; из того ли из древа кипарисного был вырезан чуден поклонен крест; на тем на кресте, на животворящиим, на распятье был сам Исус Христос, сам Исус Христос, сам небесный царь, промежду двух воров, двух разбойников. Плакун-трава всем травам мати. Когда Христос бог на распятье был, тогда шла мати божия, богородица, ко своему сыну ко распятому; от очей ея слёзы наземь капали, и от тех от слёз, от пречистыих, зародилася, вырастала мати плакун-трава; из того плакуна, из корени у нас режут на Руси чудны кресты, а их носят старцы иноки, мужие их носят благоверные». [2]

— Алексей Толстой, «Князь Серебряный», 1862

Эта трава всем травам мати. Когда жиды Христа распинали, пречистую кровь его проливали, тогда пресвятая богородица по сыне слёзы ронила на матушку на Сыру Землю… И от тех слёз зарождалась плакун-трава… От плакун-травы бесы и колдуны плачут, смиряет она силу вражию, рушит злое чародейство, сгоняет с человека уроки и притку… Бери… А это чертогон-трава, гонит бесов, порчу, колдунами напущенную, сурочивает, всякие болезни целит и девичью зазнобу унимает… Бери… [3]

— Павел Мельников-Печерский, «В лесах», 1874

Возникли сказания о таинственных цветах и травах, распускающихся и растущих лишь под чарами Купалы. Такова перелёт-трава, дарующая способность по произволу переноситься за тридевять земель в тридесятое царство; цвет её сияет радужными красками и ночью в полёте своём он кажется падучею звёздочкою. Таковы спрыг-трава, разрыв-трава, расковник сербов, Springwurzel немцев, sferracavallo итальянцев, разбивающие самые крепкие замки и запоры. Такова плакун-трава, гроза ведьм, бесов, привидений, растущая на «обидящем месте», т. е. — где была пролита неповинная кровь, и равносильные ей чертополох, прострел-трава и одолень-трава (белая купава, нимфея). Таков объединяющий в себе силы всех этих трав жар-цвет, огненный цвет, — цветок папоротника: самый популярный из мифов Ивановой ночи.

— Александр Амфитеатров, «Иван Купало», 1904

Адония Ивойловна между тем на богомолье двинулась, ― поехала она в Иерусалим, где демьян-ладон вон не выходит и горят свечи неугасимые: там омоется она в Иордан-реке, оботрется плакун-травой, и спадет с неё, как еловая кора, всё её горе ― горесть вся и слёзы, уразумеет она корабли Парашины, и не будет земля уходить и обваливаться на могиле мужа её на Смоленском.

— Алексей Ремизов, «Крестовые сестры», 1910

Жил он один, два сына погибли в войну, старуху схоронил уже после… Пенсии не получал, потому как был колхозником, и сыновья были когда-то колхозниками. Перебивался дед Филат кое-как: зимой салазки мастерил, а летом корзины плел да сети, больше всё однокрылые шахи, или «кулики», как называли их в Прудках. Сети он сам дубил соком плакун-травы. ― Против моих сетей ваш капрон ― что камыш перед лозняком, ― говаривал дед Филат. ― Палка скорее изопреет, а сети мои будут стоять. И хотя дед Филат ещё и не видывал этот самый капрон, а только слыхал про него, сети его могли бы и в самом деле посостязаться с капроновыми ― служили они долго, и брали их хорошо. [4]

— Борис Можаев, «Живой», 1965

Каждый раз мальчик замечал, что, наговорив о злой силе ведьм и колдунов много страшного, Власьевна вдруг как будто сама пугалась и торопливо, жарким шёпотом убеждала его: ― Только ты не думай, что все они злые, ой, нет, нет! Они и добрые тоже, добрых-то их ещё больше будет! Ты помни ― они всех трав силу знают: и плакун-травы, и тирлич, и кочедыжника, и знают, где их взять. А травы эти ― от всех болезней, они же и против нечистой силы идут ― она вся во власти у них. Вот, примерно, обает тебя по ветру недруг твой, а ведун-то потрёт тебе подмышки тирлич-травой, и сойдёт с тебя обаяние-то. Они, батюшка, много добра делают людям!

— Максим Горький, «Жизнь Матвея Кожемякина», 1910

― Ничего подобного. Это ведовской заговор на плакун-траву, извлечённый из травника 1696 года, сочинённого, ― Наталья Андриановна прочитала по тексту, ― «из дохтурских наук преосвященным Кир Афанасием, архиепископом Холмогорским и Вожским… » Языческое суеверие, как видите, нашло приют в святых монастырских стенах. Но вернёмся к реальной плакун-траве. ― Она перевернула карточку. ― На самом деле это не что иное, как дербенник иволистый. Растёт он в сырых местах, преимущественно по берегам рек и озёр, хотя встречается и в ольховых зарослях, и на заливных поймах. Цветёт с июня до самой осени. Никакими лекарственными достоинствами не обладает. Из-за высокого содержания дубильных веществ скотом не поедается. Название рода дербенниковых «лутрум» восходит к греческому «лудрон», что значит кровь. Растение действительно отличается специфическим тёмно-красным оттенком цветков.
― Не обладает, значит, лекарственной силой?
― Нет, не обладает, хотя знахари называли дербенник «всем травам мати». Из него готовили всевозможные порошки, настойки, отвары. Лечили, вернее, пытались лечить грыжи, желудочные недомогания, даже сердечную тоску. Не знаю, как насчёт последней, но всё остальное не подтвердилось. В государственную фармакопею дербенник не входит.
― Зачем же Георгий Мартынович им занимался?
― По многим причинам. Во-первых, отсутствие каких-либо терапевтических свойств у отдельно взятого цветка ещё ни о чём не говорит. Они могут проявиться в комплексе с активными веществами других растений, усилить их действие, увеличить стойкость и так далее. Я уже не говорю о том, что сказанное наукой слово почти никогда не бывает последним. Истина, добытая на одном уровне знаний, может быть опровергнута на более высоком. Вот почему Георгий Мартынович считал необходимым время от времени производить переоценку ценностей. Утверждённый у нас список растений-целителей далеко не исчерпывает активы зеленой аптеки. Многие растения, официально не принятые у нас, широко используются в фармакопее других стран ― Болгарии, Франции… И наоборот, разумеется. [5]

— Еремей Парнов, «Александрийская гемма», 1990

― Да не топчись ты ножищами-то! ― прикрикнул богатырь на побратима и опустился на колени. ― Вот и сон-трава! Правда, мы и без неё храпим неплохо, но потом пригодится. Вот листочки дырявые ― прострел-трава, с ней стрела пробьёт любую броню… Эх, не попалась ты нам раньше, плакун-трава! От неё демоны в три ручья ревут, хуже детей. [6]

— Михаил Успенский, «Там, где нас нет», 1995

Жить по законам веры и совести… Они вполне искренне верят, что только нравственные устои спасут человечество от морального распада. Гонимые ветром судьбы, преследуемые властью и ударами трагических потерь, эти упрямые люди, пусть порой наивные в своих заблуждениях, пронесли через все испытания непримиримость к обману, фарисейству и насилию, непреклонное неприятие милитаризма. Духоборы иносказательно назвали себя «Плакун-травой, плывущей напротив воды». [7]

— Александр Яковлев, «Омут памяти», 2001

Плакун-трава в стихах [ править ]

Плакун-трава всем травам мати.
Почему плакун всем травам мати?
Когда жидовья Христа распяли,
Святую кровь его пролили,
Мать Пречистая Богородица
По Исусу Христу сильно плакала,
По своём сыну по возлюбленном,
Ронила слёзы пречистые
На матушку на сыру землю;
От тех от слёз от пречистыих
Зарождалася плакун-трава.-
Потому плакун-трава травам мати.

Читайте также:  Священный цветок лотоса. Лотос в жизни человека

Мать Божья плакала Богородица,
А плакун-травой утиралася,
Потому плакун-трава всем травам мати.

Здесь место есть… Самоубийц
Тела там зарываются…
На месте том плакун-трава
Одна, как тень, качается…
Я там стоял… Душа моя
Тоскою надрывалася…
Плакун-трава в лучах луны
Таинственно качалася.

— Генрих Гейне (пер. А.Майкова), «Здесь место есть… Самоубийц. », 1820-е

С той поры до дней текущих
Только Правдой и жива
Меж цветов и трав цветущих
Жизни грусть, плакун-трава. [8]

— Константин Бальмонт, «Правда», 1897

Есть подорожник, есть дрема́,
‎Есть ландыш, первоцвет.
‎И нет цветов, где злость и тьма,
‎И мандрагоры нет.
‎Нет тяжких кактусов, агав,
‎Цветов, глядящих как удав,
Кошмаров естества.
‎Но есть ромашек нежный свет,
‎И сладких кашек есть расцвет,
‎И есть плакун-трава.

— Константин Бальмонт, «Славянское Древо», 1906

А всем травам мать есть плакун-трава,
Потому что грусть в ней всегда жива,
И приходит год, и уходит год,
А в плакун-траве всё слеза цветёт.

— Константин Бальмонт, «Море всех морей», 1906

В той люльке, где качала я детей,
Когда малютками они моими были,
И каждый был игрушкою моей,
Пред тем, как спрятался в могиле
И возрастил плакун-траву,
Лежит подменыш злой, уродливый, нескладный,
Которого я нежитью зову.

Вещунья снов, волшебных слов ведунья,
Траву̀-Плакун,
Злак Чистоты, сбираешь ты, шептунья
Любовных рун.
Склонясь к земле, ты в лунной мгле по лугу
Обводишь круг,
И жжешь Плакун, и чертишь руны Другу, ―
Но медлит Друг. [9]

— Вячеслав Иванов, «Вещунья снов, волшебных слов ведунья. » (из сборника «Пристрастия»), 25 марта 1909

Да, слепы люди, низки тучи…
И где нам ведать торжества?
Залёг здесь камень бел-горючий,
Растёт у ног плакун-трава…

— Александр Блок, «На смерть Коммиссаржевской» (из цикла «Арфы и скрипки», 1910

А по сёлам — ивы — дерева
Да плакун-трава, разрыв-трава…
Не снести тебе российской ноши.
— Проходите, господин хороший!

— Марина Цветаева, «А царит над нашей стороной…», июнь 1917

Колесо навстречь криво катится,
Быстрым-быстрое, и внутри пятно.
Стал я спрашивать: ― Ты откудова
Оторвалося? Куда держишь путь? ―
Но молчит оно, мимо катится,
Только звон гудит, только пыль стоит.
Прокатилося, промоталося
По плакун-траве и по трын-траве. [10]

— Юрий Кузнецов, «Колесо», 1970

Комментарии [ править ]

  1. ↑ Очень часто плакун-трава упоминается в заклинаниях и заговорах вместе с «цветком папоротника» как средство, помогающее повелевать духами и находить клады. По старинным поверьям она заставляет плакать лесных демонов и бесов. Из плакун-травы сплетали амулеты, в том числе и кресты-тельники, подвешивали на шее мешочки с сушёной травой. Согласно преданию, собирать её нужно на ранней зорьке в Иванов день.

Источники [ править ]

  1. Буслаев Ф.И. О литературе: Исследования. Статьи. Москва, «Художественная литература», 1990 г.
  2. ↑ 2,02,1А.К. Толстой. «Князь Серебряный»: Повесть времен Иоанна Грозного. М.: «Детская литература», 1981 г.
  3. П. И. Мельников-Печерский. Собрание сочинений. М.: «Правда», 1976
  4. Борис Можаев. «Живой». — М.: Советская Россия, 1977 г.
  5. Е.И. Парнов, «Александрийская гемма». — М.: «Московский рабочий», 1992 г.
  6. Успенский М., «Там, где нас нет». — СПб,: Азбука, 2002 г.
  7. Александр Яковлев. «Омут памяти». В 2-х томах. Том 1. — М.: Вагриус, 2001 г.
  8. К. Бальмонт., Избранное. — М.: «Художественная литература», 1983 г.
  9. В. Иванов. Собрание сочинений в 4 томах. — Брюссель: Foyer Oriental Chretien, 1971-1987 гг.
  10. Ю.П.Кузнецов. «До последнего края». — М.: Молодая гвардия, 2001 г.

См. также [ править ]

Поделитесь цитатами с вашими друзьями:
«ВКонтакте» • «Facebook» • «Twitter» • «LiveJournal»

Плакун-Трава всем травам Мати

Павел Иванович Мельников (Андрей Печерский)

Верховое Заволжье – край привольный. Там народ досужий, бойкий, смышленый и ловкий. Таково Заволжье сверху от Рыбинска вниз до устья Керженца. Ниже не то: пойдет лесная глушь, луговая черемиса, чуваши, татары. А еще ниже, за Камой, степи раскинулись, народ там другой: хоть русский, но не таков, как в Верховье. Там новое заселение, а в Заволжском Верховье Русь исстари уселась по лесам и болотам. Судя по людскому наречному говору – новгородцы в давние Рюриковы времена там поселились. Преданья о Батыевом разгроме там свежи. Укажут и «тропу Батыеву» и место невидимого града Китежа на озере Светлом Яре. Цел тот город до сих пор – с белокаменными стенами, златоверхими церквами, с честными монастырями, с княженецкими узорчатыми теремами, с боярскими каменными палатами, с рубленными из кондового, негниющего леса домами. Цел град, но невидим. Не видать грешным людям славного Китежа. Сокрылся он чудесно, Божьим повеленьем, когда безбожный царь Батый, разорив Русь Суздальскую, пошел воевать Русь Китежскую. Подошел татарский царь ко граду Великому Китежу, восхотел дома огнем спалить, мужей избить либо в полон угнать, жен и девиц в наложницы взять. Не допустил Господь басурманского поруганья над святыней христианскою. Десять дней, десять ночей Батыевы полчища искали града Китежа и не могли сыскать, ослепленные. И досель тот град невидим стоит, – откроется перед страшным Христовым судилищем. А на озере Светлом Яре, тихим летним вечером, виднеются отраженные в воде стены, церкви, монастыри, терема княженецкие, хоромы боярские, дворы посадских людей. И слышится по ночам глухой, заунывный звон колоколов китежских.

Так говорят за Волгой. Старая там Русь, исконная, кондовая. С той поры как зачиналась земля Русская, там чуждых насельников не бывало. Там Русь сысстари на чистоте стоит, – какова была при прадедах, такова хранится до наших дней. Добрая сторона, хоть и смотрит сердито на чужанина.

В лесистом Верховом Заволжье деревни малые, зато частые, одна от другой на версту, на две. Земля холодна, неродима, своего хлеба мужику разве до масленой хватит, и то в урожайный год! Как ни бейся на надельной полосе, сколько страды над ней не принимай, круглый год трудовым хлебом себя не прокормишь. Такова сторона!

Другой на месте заволжанина давно бы с голода помер, но он не лежебок, человек досужий. Чего земля не дала, уменьем за дело взяться берет. Не побрел заволжский мужик на заработки в чужу-дальнюю сторону, как сосед его вязниковец, что с пуговками, с тесемочками и другим товаром кустарного промысла шагает на край света семье хлеб добывать. Не побрел заволжанин по белу свету плотничать, как другой сосед его галка.[1] Нет. И дома сумел он приняться за выгодный промысел. Вареги зачал вязать, поярок валять, шляпы да сапоги из него делать, шапки шить, топоры да гвозди ковать, весовые коромысла чуть не на всю Россию делать. А коромысла-то какие! Хоть в аптеку бери – сделаны верно.

Леса заволжанина кормят. Ложки, плошки, чашки, блюда заволжанин точит да красит; гребни, донца, веретена и другой щепной товар работает, ведра, ушаты, кадки, лопаты, коробья, весла, лейки, ковши – все, что из лесу можно добыть, рук его не минует. И смолу с дегтем сидит, а заплатив попенные, рубит лес в казенных дачах и сгоняет по Волге до Астрахани бревна, брусья, шесты, дрючки, слеги и всякий другой лесной товар. Волга под боком, но заволжанин в бурлаки не хаживал. Последнее дело в бурлаки идти! По Заволжью так думают: «Честней под оконьем Христовым именем кормиться, чем бурлацкую лямку тянуть». И правда.

Живет заволжанин хоть в труде, да в достатке. Сысстари за Волгой мужики в сапогах, бабы в котах. Лаптей видом не видано, хоть слыхом про них и слыхано. Лесу вдоволь, лыко нипочем, а в редком доме кочедык найдешь. Разве где такой дедушка есть, что с печки уж лет пяток не слезает, так он, скуки ради, лапотки иной раз ковыряет, нищей братье подать либо самому обуться, как станут его в домовину обряжать. Таков обычай: летом в сапогах, зимой в валенках, на тот свет в лапотках…

Заволжанин без горячего спать не ложится, по воскресным дням хлебает мясное, изба у него пятистенная, печь с трубой; о черных избах да соломенных крышах он только слыхал, что есть такие где-то «на Горах».[2] А чистота какая в заволжских домах. Славят немцев за чистоту, русского корят за грязь и неряшество. Побывать бы за Волгой тем славильщикам, не то бы сказали. Кто знаком только с нашими степными да черноземными деревнями, в голову тому не придет, как чисто, опрятно живут заволжане.

Волга – рукой подать. Что мужик в неделю наработает, тотчас на пристань везет, а поленился – на соседний базар. Больших барышей ему не нажить; и за Волгой не всяк в «тысячники» вылезет, зато, как ни плоха работа, как работников в семье ни мало, заволжанин век свой сыт, одет, обут, и податные за ним не стоят. Чего ж еще. И за то слава те, Господи. Не всем же в золоте ходить, в руках серебро носить, хоть и каждому русскому человеку такую судьбу няньки да мамки напевают, когда еще он в колыбели лежит.

Немало за Волгой и тысячников. И даже очень немало. Плохо про них знают по дальним местам потому, что заволжанин про себя не кричит, а если деньжонок малу толику скопит, не в банк кладет ее, не в акции, а в родительску кубышку, да в подполье и зароет. Миллионщиков за Волгой нет, тысячников много. Они по Волге своими пароходами ходят, на своих паровых мельницах сотни тысяч четвертей хлеба перемалывают. Много за Волгой таких, что десятками тысяч капиталы считают. Они больше скупкой горянщины[3] да деревянной посуды промышляют. Накупят того, другого у соседей, да и плавят весной в Понизовье. Барыши хорошие! На иных акциях, пожалуй, столько не получишь.

Один из самых крупных тысячников жил за Волгой в деревне Осиповке. Звали его Патапом Максимычем, прозывали Чапуриным. И отец так звался и дедушка. За Волгой и у крестьян родовые прозванья ведутся, и даже свои родословные есть, хотя ни в шестых, ни в других книгах они и не писаны. Край старорусский, кондовый, коренной, там родословные прозвища встарь бывали и теперь в обиходе.

Большой, недавно построенный дом Чапурина стоял середь небольшой деревушки. Дом в два жилья, с летней светлицей на вышке, с четырьмя боковушками, двумя светлицами по сторонам, с моленной в особой горнице. Ставлен на каменном фундаменте, окна створчатые, стекла чистые, белые, в каждом окне занавеска миткалевая с красной бумажной бахромкой. На улицу шесть окон выходило. Бревна лицевой стены охрой на олифе крашены, крыша красным червляком. На свесах ее и над окнами узорчатая прорезь выделана, на воротах две маленькие расшивы и один пароход ради красы поставлены. В доме прибрано все на купецкую руку. Пол крашеный, – олифа своя, не занимать стать; печи-голландки, кафельные, с горячими лежанками; по стенам, в рамках красного дерева два зеркала да с полдюжины картин за стеклом повешено. Стулья и огромный диван красного дерева крыты малиновым трипом, три клетки с канарейками у окон, а в углу заботливо укрыты платками клетки: там курские певуны – соловьи; до них хозяин охотник, денег за них не жалеет.

По краям дома пристроены светелки. Там хозяйские дочери проживали, молодые девушки. В передней половине горница хозяина была, в задней моленная с иконостасом в три тябла. Канонница с Керженца при той моленной жила, по родителям «негасимую» читала. Внизу стряпущая, подклет да покои работников да работниц.

У Патапа Максимыча по речкам Шишинке и Чернушке восемь токарен стояло. Посуду круглую: чашки, плошки, блюда в Заволжье на станках точат – один работник колесо вертит, другой точит. К такому станку много рук надо, но смышленый заволжанин придумал, как делу помочь. Его сторона место ровное, лесное, болотное, речек многое множество. Больших нет, да нет и таких, что «на Горах» водятся: весной корабли пускай, в межень курица не напьется. В песчаных ложах заволжских речек воды круглый год вдосталь; есть такие, что зимой не мерзнут: летом в них вода студеная, рука не терпит, зимой пар от нее. На таких-то речках и настроили заволжские мужики токарен: поставит у воды избенку венцов в пять, в шесть, запрудит речонку, водоливное колесо приладит, привод веревочный пристегнет, и вертит себе такая меленка три-четыре токарных станка зараз. Работа не в пример спорее. Таких токарен у осиповского тысячника было восемь, на них тридцать станков стояло; да, кроме того, дома у него, в Осиповке, десятка полтора ручных станков работало. Была своя красильня посуду красить, на пять печей; чуть не круглый год дело делала. Работников по сороку и больше Патап Максимыч держал. Да по деревням еще скупал крашоную и некрашоную посуду. Горянщиной сам в Городце торговал. Две крупчатки у него в Красной Рамени было, одна о восьми, другая о шести поставах. Расшивы свои по Волге ходили, из Балакова да из Новодевичья пшеницу возили, на краснораменских крупчатках Чапурин ее перемалывал. Мукой в Верховье он торговал: славная мука у него бывала – чистая, ровно пух; покупатели много довольны ей оставались.

Добавить комментарий